Чего хочет президент Азербайджана: геополитический расклад Ильхама Алиева
Декабрьская катастрофа самолета AZAL в Казахстане, июньские задержания азербайджанцев в Екатеринбурге, ответные аресты российских граждан в Баку — все эти события стали лишь видимой частью глубинного процесса переориентации азербайджанской внешней политики. Недавнее соглашение с администрацией Трампа о создании Зангезурского коридора (теперь — «Маршрута Трампа») лишь подтверждает новые приоритеты Баку.
«Ямал-Медиа» разбирался, что стоит за резкой сменой риторики Алиева, какую игру ведет Азербайджан и в чем реальные цели его руководства.
Ставка на историю: «оккупация», которой не было
«Большевики обманули народ. Их лозунгами были: «Фабрики и заводы — рабочим, земля — крестьянам, свобода — народам». Мы создали свое собственное государство. Но большевики отняли его у нас», — заявил Алиев в недавнем интервью телеканалу «Аль-Арабия». По его словам, в апреле 1920 года «российская армия вторглась в Азербайджан и оккупировала его», а затем «правительство Советской России решило отнять у Азербайджана Зангезур и передать его Армении», разделив страну на две части.
Такая трактовка игнорирует сложнейший исторический контекст гражданской войны и процесса советского строительства в Закавказье, отметил историк из МГИМО Николай Силаев в интервью «ВФокусе Mail». И указал на лежащую на поверхности абсурдность подобных заявлений: «Алиев в своей логике дошел до того, что назвал оккупантом собственного отца, Гейдара Алиева, который был видным деятелем КПСС». Однако, как отметил в беседе с «Ямал-Медиа» политолог Вадим Сипров, подобный исторический нарратив возник не ради поиска истины, а в качестве инструмента «для дистанцирования от России и поиска новых геополитических союзников».
Впрочем, эта историческая концепция не нова — она зафиксирована в Конституционном акте 1991 года, где РСФСР названа «оккупантом», пусть и в контексте событий 1920 года. Однако до сих пор официальный Баку избегал публичных заявлений такого рода, понимая их чувствительность для России и добрососедских отношений.
Карабахская формула успеха: «оккупация», которую прекратили
Резкая смена риторики Баку отчасти обусловлена успехами Азербайджана в карабахском конфликте. После победы во Второй карабахской войне в 2020 году и последовавшей «антитеррористической операции» в сентябре 2023 года, приведшей к установлению полного контроля над регионом, Алиев почувствовал себя вправе разговаривать с Москвой на равных.
«Мы инициировали формат переговоров. Мы же представили и проект мирного соглашения», — подчеркнул он, указав, что парафированный в Вашингтоне 8 августа 2025 года документ основан именно на азербайджанской версии урегулирования отношений с Арменией.
Важнейшей частью этих договоренностей стал Зангезурский коридор, обеспечивающий сухопутную связь основной территории Азербайджана с Нахичеванью через армянский Сюник (Зангезур). «После Второй карабахской войны мы могли взять эту часть силой. В то время армянская армия была полностью деморализована. Мы просто остановились 10 ноября 2020 года на нашей границе», — заявил Алиев.
Примечательно, что коридор теперь официально называется «Маршрутом Трампа для международного мира и процветания» (TRIPP) — явный знак переориентации Баку на Вашингтон. «Теперь, когда президент Трамп дал свое имя Зангезурскому коридору, я уверен, что он будет реализован в ближайшее время», — отметил Алиев.
Зачем Алиеву «Маршрут Трампа»
Зангезурский коридор — ключевой элемент новой стратегии Азербайджана. Проект 42-километрового транспортного маршрута через территорию Армении, соединяющего основную часть Азербайджана с эксклавом Нахичевань, решает, по словам Алиева, сразу несколько задач.
Во-первых, это укрепление территориальной целостности страны, разделенной в 1920 году решением советского руководства. Во-вторых, прямой выход на Турцию и далее в Европу в обход России. В-третьих, создание конкурентного транспортного коридора Восток — Запад. По оценкам президента Азербайджана, ежегодная пропускная способность Зангезурского коридора составит 15 миллионов тонн, что сделает его серьезным конкурентом российским транспортным маршрутам.
«Зангезурский коридор будет не только транспортным коридором Восток-Запад, но и транспортным коридором Север — Юг. И вместо одного маршрута Север — Юг из России в Иран через Азербайджан у нас будет еще один — из России в Азербайджан, Армению, Нахичевань и далее — в Иран», —рассказал Алиев в интервью.
Баку параллельно развивает и альтернативный маршрут — так называемый Аразский коридор через территорию Ирана. «Азербайджан уже вкладывает много денег в строительство моста через реку Араз, чтобы обойти Армению», — отметил Алиев, продемонстрировав готовность диверсифицировать транспортные маршруты.
Новые союзники: Трамп вместо Путина
Первый зампред комитета Госдумы по делам СНГ Константин Затулин считает, что Алиев «больше не нуждается в посреднике в лице Москвы: теперь у него есть поддержка США».
По мнению Затулина, которое привела «Лента.ру», в ухудшении отношений виновата именно геополитическая устремленность Азербайджана. Прежде всего — желание выступать партнером Турции в ее политических планах, которые не ограничиваются Зангезурским коридором, а направлены на создание «Великого Турана».
Кроме того, Алиев открыто выражает восхищение Дональдом Трампом, называя его «человеком, который действительно заслуживает большого уважения». «Трамп совершенно другой. Он человек, который, я уверен, сделает Америку не только снова великой. Он сделает Америку снова достойной восхищения», — сказал азербайджанский лидер, противопоставив действующего президента США администрации Байдена, с которой «отношения были на абсолютном нуле».
Помимо США важнейшими партнерами Азербайджана становятся Турция и Израиль. С Анкарой Баку связывает Декларация о союзнических отношениях, подписанная в Шуше в 2021 году. Это делает Азербайджан и Турцию «военными и политическими союзниками», что, по словам Алиева, «является важным фактором не только для обеих стран, но и для всего тюркского мира».
По оценке Вадима Сипрова, нынешняя антироссийская риторика Алиева — не его личная инициатива, а результат давления внешних сил. «Значительная часть элитных групп Азербайджана, сформировавшихся в постсоветский период, опирается на природные богатства республики, прежде всего на запасы нефти и газа. Контролируя эти запасы, они тесно взаимодействуют с финансовыми кругами Великобритании. Дети этих элит обучаются в Великобритании, значительная часть активов находится в британских офшорах», — пояснил он.
«Другая часть элит Азербайджана ориентирована на Турцию. Это касается военных, многие из которых получили там образование, прошли разного рода курсы повышения квалификации, активно взаимодействуют с Министерством обороны Турции».
Вадим Сипров
политолог
Политолог уверен, что Алиев «был вынужден, в силу тупиковости этой самой политики многовекторности подчиниться и действовать по плану противников России на Западе».
Катастрофа AZAL: точка невозврата
Одним из триггеров ухудшения отношений с Россией стала декабрьская трагедия с самолетом AZAL, который потерпел крушение в Казахстане. По версии Баку, лайнер был сбит российской системой ПВО и Москва не предоставила должных объяснений.
«Поражение российскими силами азербайджанского гражданского самолета и реакция российских официальных лиц на инцидент вызывают в Азербайджане огромное разочарование и недовольство», — заявил Алиев в интервью. Он напомнил, что в 2020 году, когда азербайджанские военные случайно сбили российский вертолет Ми-24, он «немедленно позвонил президенту России и принес извинения», а Азербайджан выплатил компенсации семьям погибших пилотов.
Николай Силаев напомнил, что президент России также публично принес извинения за трагический инцидент. «Если говорить объективно, надо дождаться результатов полноценного, а не предварительного расследования», — добавил историк.
Однако Баку продолжает настаивать на недостаточности российской реакции, используя этот инцидент как еще один рычаг давления в двусторонних отношениях.
В чем просчет Алиева: мнение политолога
Новый курс Алиева содержит серьезные риски, полагает Вадим Сипров. Во-первых, открытый антагонизм с Россией создает угрозу экономическим интересам Азербайджана. «По самым скромным оценкам, порядка 300 тысяч азербайджанцев живут и трудятся в России. До 10% ВВП республики формируется за счет денежных переводов этих специалистов», — говорит политолог.
Во-вторых, зависимость от западных партнеров может оказаться не менее обременительной, чем прежняя зависимость от России. «Алиеву сейчас некуда деваться. У него нет той элитной группы, опираясь на поддержку которой ему можно было бы восстановить нормальные отношения с Россией. А если он попробует сделать хоть какое-то телодвижение в сторону Москвы, то его могут подвинуть с помощью дворцового переворота», — считает эксперт.
В-третьих, ставка на Трампа может не оправдаться, если результаты предстоящих выборов в США окажутся не в пользу республиканцев.
Наконец, создание Зангезурского коридора вызывает обеспокоенность Ирана, опасающегося, что новый транспортный маршрут ограничит его влияние в регионе.
Какая позиция у России
По мнению Константина Затулина, «Баку позиционирует себя как победителя, не нуждающегося в России как старшем партнере. Москва же сохраняет сдержанность, повторяя тезисы о стратегическом партнерстве, что, похоже, не совсем устраивает Алиева».
При этом российские эксперты полагают, что Кремль все же готовит ответные меры. «Реагировать, безусловно, стоит, но в первую очередь нужно дать понять всем остальным постсоветским лидерам, что усидеть на двух стульях невозможно», — считает Вадим Сипров.
Среди ближайших возможных мер эксперты называют ограничение миграционных потоков в Россию, что может нанести удар по экономике Азербайджана.
Но наиболее вероятным сценарием развития ситуации представляется дальнейшее ухудшение отношений при сохранении минимума необходимых экономических связей. Москва, скорее всего, сделает ставку на постепенное сокращение зависимости от транзитных маршрутов через Азербайджан, а Баку продолжит укреплять связи с Вашингтоном и Анкарой.
Второй сценарий предполагает попытку нормализации отношений после периода охлаждения. Этому могут способствовать экономические интересы обеих сторон, особенно в энергетической сфере. «В какой-то момент эмоции схлынут и прагматизм возьмет верх, то есть торгово-экономические отношения. Например, транспортировка газа через Азербайджан в Иран — тема, которая интересует и «Газпром», которая интересует и Иран как нашего партнера», — отметил в интервью BFM Константин Калачев.
Третий, наиболее тревожный сценарий, — открытая конфронтация. Некоторые эксперты не исключают, что Алиев может пойти на дальнейшую эскалацию отношений с Россией, рассчитывая на поддержку Запада. «Полагаю, что наши военные уже проработали сценарий, что нам делать в случае, если этот план по эскалации отношений между Россией и Азербайджаном, явно разработанный на Западе и с подстрекательства Запада, будет запущен Алиевым и азербайджанскими элитами», — уверен Вадим Сипров.
«Уж чего делать нельзя совершенно точно, и исторический опыт девяностых и нулевых годов это показывает, — нельзя терпеть укрепление во власти в соседних государствах националистических элит».
Вадим Сипров
политолог
Региональные игроки: в чем их интерес
Армения, несмотря на подписанное соглашение о Зангезурском коридоре, сохраняет опасения относительно его реализации. Премьер-министр Никол Пашинян недавно обвинил СССР в формировании патриотической модели, которая «впоследствии привела к созданию Карабахского движения и конфликту с соседями». Эта риторика в чем-то созвучна заявлениям Алиева, что может свидетельствовать о формировании новой региональной архитектуры без участия России.
Иран также внимательно следит за развитием ситуации, опасаясь, что Зангезурский коридор может ограничить его влияние в регионе. Несмотря на заверения Алиева, что коридор не представляет никакой угрозы Ирану, Тегеран обеспокоен усилением турецкого и американского влияния у своих северных границ.
Активно поддерживает Азербайджан Турция, рассматривая Зангезурский коридор как важный элемент своей стратегии расширения влияния в регионе. По словам Алиева, «Турция является ведущей военной державой мирового масштаба», и стратегическое партнерство с ней укрепляет и позиции Баку.
А США при администрации Трампа, по всей видимости, пока делают ставку на Азербайджан как на ключевого партнера на Южном Кавказе.
«Западу, а отчасти и Стамбулу, Алиев сейчас нужен только в одном качестве — лидера государства, которое стоит в авангарде антироссийской политики на постсоветском пространстве. И в случае, если украинская государственность разрушится и Украина перестанет существовать в качестве своего рода анти-России, то ее место займет Азербайджан. В этом и состоит план наших геополитических противников».
Вадим Сипров
политолог
Чего на самом деле хочет Алиев
Политологи сходятся во мнении, что нынешняя политика Алиева — не столько результат его личных убеждений, сколько вынужденный шаг под давлением внешних и внутренних обстоятельств. «Если Ильхам Алиев чего-то и опасается, то это не оранжевой революции, а скорее того самого дворцового переворота», — подчеркнул Вадим Сипров.
Николай Силаев более сдержан в оценках: «Мы наблюдаем очередной виток знакомой игры, а не радикальный разворот». По его мнению, Баку пытается «сыграть на противоречиях великих держав, что является перманентным состоянием международных отношений в Закавказье».
Однако этот курс также несет в себе серьезные риски. Во-первых, Азербайджан географически не может игнорировать Россию, с которой имеет общую границу. Во-вторых, экономические связи с Москвой по-прежнему значительны, несмотря на диверсификацию внешнеторговых партнеров. В-третьих, сам Алиев становится заложником своей новой политики, где любое отклонение от антироссийской линии может быть воспринято его западными покровителями как предательство.
Впрочем, окончательная ставка Алиева на западный вектор может оказаться преждевременной. Как отметил в беседе с «Ведомостями» политолог Артур Атаев, «говорить, что азербайджанское руководство в своей политике однозначно развернулось в сторону Запада, пока нельзя: там крайне некомплиментарно отзываются об азербайджанском лидере и в целом о стране, в первую очередь во Франции и отчасти в Германии».
Однако на рабочем уровне прагматичные шаги по нормализации отношений Баку и Москвы пока продолжаются. Так, 22 августа в рамках 23-го заседания Межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству в Астрахани вице-премьер России Алексей Оверчук и его азербайджанский коллега Шахин Мустафаев подписали протокол очередного заседания межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству между двумя странами.
Возможно, именно эта двойственность — публичная антироссийская риторика при сохранении минимально необходимых экономических контактов — станет новой нормой в отношениях Москвы и Баку в обозримом будущем. Однако в долгосрочной перспективе такая модель вряд ли устойчива, полагают эксперты. Рано или поздно президенту Азербайджана придется сделать окончательный выбор между полноценным альянсом с Западом и восстановлением партнерских отношений с Россией. И цена этого выбора может оказаться решающей не только для российско-азербайджанских отношений, но и для судьбы самого Алиева как политического лидера.
Тем временем лидеры государств Евразии собираются на саммит ШОС — 2025 в Тяньцзине.
Самые важные и оперативные новости — в нашем телеграм-канале «Ямал-Медиа».